вторник, 20 февраля 2018 г.

Развод и тумбочка

Уходить от бывшей всегда тяжело. Думаю, тут меня поймет каждый мужчина, пусть даже все несчастливые несчастливы по-своему, как там говорилось. Картина типичная, картина маслом.



Досадная случайность

Среди многих людей, особенно за пределами Цеевропы, бытует распространенное мнение, будто Майдан - это такая досадная и трагическая нелепица, роковое стечение обстоятельств, ну вроде автомобильной аварии. Чуть правее бы руль в нужный момент повернул, и не остывал бы в кювете под простыней, а доехал бы целым до дому, поужинал, женился, завел детей, потом внуки и все такое. Вроде бы как Майдан - это не всего-лишь навсего один из этапов многолетнего пути, пусть и самый эффектный. Не закономерный результат планомерного и кропотливого труда по культивированию некрофильного политического украинства на огромном пространстве, а досадная случайность. И будто бы не было русофобских учебников по истории Украины, завозимых в 90-е из Канады (у нас в институте, например, тоже по Субтельному преподавали), не было расцвета массового бытового национализма еще в конце 80-х, не было уничижительных шуточек про "тупых донецких", не было поспешной украинизации, президенты не писали книг вроде "Украина - не Россия" еще в 90-е, не было генеральной репетиции в 2004, чтобы проверить готовность масс и потренироваться на живом материале, не было миллионов людей, дозревших и подготовленных к войне с Россией в самих себе и в своих соседях - в Одессе, Донецке, Запорожье.
Пока Россия верила или делала вид, что верит, будто все хорошо, и помогала "партнерам" строить их Новый Рейх дешевыми энергоносителями и торговыми преференциями, оно как-то так само случайно насралося - хоп, и Майдан. А можно было всего-то там стрельнуть разок, и тут поднажать полчасика, и все ̶в̶ ̶ш̶о̶к̶о̶л̶а̶д̶е̶ хорошо на десятки лет вперед...



p.s. нет такой "площади Майдан", майдан - это площадь и есть, в переводе с соловьиной. 

пятница, 2 февраля 2018 г.

Зов предков

Здесь всё до сладкой боли знакомо и всё привычно с самого раннего, беспамятного детства. Дантово ущелье, долина Очарования, сталактитовая Фанагорийская пещера, буковые рощи, мшистые песчаниковые скалы, торопливые ручьи, лесистый хребет Котх — всё это милые сердцу предгорья такого яростно прекрасного Северного Кавказа. И пускай сам я появился на свет я уже не на Кубани, а немного северо-западнее, но здесь родились, жили, любили, воевали и работали минимум шесть поколений моих предков — еще со времен Кавказской войны середины XIX века, а могилы многочисленных родственников на маленьком местном кладбище — пожалуй, и за полдня не обойти.


И тропинка, и лесок, в поле каждый колосок — всё родное, всех узнаю, да и они меня тоже, пусть подчас и с трудом, после стольких-то лет разлуки. Топаю с рюкзаком за плечами сквозь лес, вдоль игривого и прозрачного, как хрусталь, Аюка — пить можно прямо из реки даже в наши дни, вода чистейшая — и то и дело оглядываюсь.